Не может быть

О выдающихся учёных и учёных иных категорий

Кафедру Экономической кибернетики и экономико-математических методов питерского финэка создал ещё в конце 60-х годов ХХ века Иван Михайлович Сыроежин, ученик и сподвижник Л.В.Канторовича (единственного лауреата Нобелевской премии по экономике из числа советских и российских учёных).

Я стал заведовать этой кафедрой с февраля 2007 года, когда ректором финэка стал И.А.Максимцев. Костяк кадрового состава кафедры составляли сыроежинцы, а это всегда была сильная боевая единица – люди высокоответственные и профессиональные. Интеллектуалы. С ними было легко и приятно работать, преодолевая препятствия и дурь вышестоящего начальства. А последней при И.Максимцеве всегда было, есть и будет в избытке.

У этого человека полное нарушение логики изложения своих мыслей. Например, он мог заявить: "ухудшение всех показателей работы финэка лишний раз подтверждает его силу". Или, говоря о возможности установки на стену возле аудитории доски в память недавно умершего заведующего кафедрой, Максимцев, глядя в зал Учёного совета, где сидят семидесятилетние учёные, задумчиво произносит: "И вообще нужно создать комиссию для этого, поскольку таких досок может быть у нас много". В мою последнюю встречу с ним, когда Максимцев открывал научную конференцию в госэкуне, он обратился к студентам с такими словами: "Здесь вы получите тонкие подходы от педагогов..."

Много забавного творилось и творится в бывшем финэке, а теперь - в госэкуне в этой связи. Вспомнился мне один из таких замечательных случаев из былого.

К предстоящему 75-летнему юбилею финэка в феврале 2008 года получаю я, как и все заведующие кафедрами, приказ ректора. В памяти народной текст приказа сохранился и вот его основная часть:

«Прошу в срок до 15 февраля 2008 года предоставить полный список ВЫДАЮЩИХСЯ УЧЁНЫХ, работающих в настоящее время на кафедре. К таковым могут также относиться и люди, работающие на кафедре, но не имеющие научной степени.

Ректор СПбГУЭФ, Максимцев И.А.»

Прочитав этот приказ, я тут же выхожу из своего кабинета, и сталкиваюсь с профессором Виктором Петровичем Черновым.

- Виктор Петрович, - обращаюсь я к нему напрямик. – Вот я получил от Максимцева приказ – довести до его сведения список выдающихся учёных, работающих на кафедре. Ответьте мне прямо: «Вы выдающийся учёный или нет?»

Виктор Петрович, не задумываясь, отвечает:

- Я монах, я отшельник, я святой мученик, но не выдающийся учёный, нет.

Обращаюсь к профессору Дмитрию Викторовичу Соколову с тем же вопросом:

- Дмитрий Викторович, Вы выдающийся учёный или нет?

Получаю и от него отказ.

И так каждый сотрудник кафедры в личном опросе ведёт себя как отказник на зоне со стажем. Но приказ нужно же выполнять! Тогда я издаю письменное распоряжение по кафедре о проведении заседания с одним пунктом в повестке дня, а именно: «1. Выборы выдающихся учёных кафедры» и распоряжение вывешивается на доске объявления и рассылается сотрудникам по почте. Тем самым обеспечивается аншлаг – никогда не было такой явки на заседание кафедры. Начинаю заседание и зачитываю текст приказа, чем вызываю весёлое оживление сотрудников и тут же прямо спрашиваю всех присутствующих:

- Товарищи дорогие! Прямо признавайтесь, кто из вас выдающийся учёный? Признавайтесь, иначе плохо будет!

Кафедра тут же начала вырабатывать критерии отбора - по каким показателям того или иного сотрудника кафедры следует отнести к величайшим учёным. Ключевым оказалась та часть приказа, которая гласила, что выдающимся учёным финэка может быть сотрудник «не имеющий научной степени». Следовательно, научные результаты для признания человека «выдающимся учёным» финэка не имеют никакого значения. Здесь – должны быть какие-то другие показатели, которые и были после некоторых споров и дискуссий выработаны на заседании кафедры.

Тогда величайшим учёным кафедры единогласно был признан профессор Дмитрий Викторович Соколов – он весил около 120 килограммов, да и роста был - под метр девяносто.

Выдающимся оказался профессор Евгений Евгеньевич Иванов – вес тот же, но ростом он оказался пониже величайшего учёного.

Профессор Виктор Петрович Чернов был однозначно воспринят всеми как блестящий учёный – весом он не вышел, поскольку худощавого телосложения, но его блестящие на солнце залысины, известны всем.

Видным учёным был признан Павел Фёдорович Воробьёв, поскольку рост у него выше 190 см и его всегда видно издалека.

Я же был признан только заметным учёным, поскольку роста я только чуть выше среднего; вес у меня до веса выдающихся и величайших учёных не дотягивает, а лыска на голове ещё только формировалась и блестящим учёным меня никак нельзя было назвать. Только заметный учёный!

Повеселившись вовсю, мы определились со списком тех, кого из сотрудников кафедры следует наградить к юбилею и каким именно образом наградить.

Грянул юбилей, никого из сотрудников кафедры к юбилею ничем не наградили, но сам И.Масксимцев себе медальку за заслуги перед Отечеством выхлопотал, хотя и проработал в должности ректора чуть больше года.

Вот такая вот история – и смех, и грех!


Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (отсюда).