Что делать

20. Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов на первых порах

Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов был человеком деятельным и с большой фантазией. Его карьера была типичной для многих партийных деятелей того времени – после революции он примкнул к большевикам, в Гражданскую войну был ординарцем у Буденного. У Буденного было несколько ординарцев, но Иринарх Феогностович лучше всех умел брить бороду и подкручивать усы Семёна Михайловича, за что и был приласкан командармом. После гражданской он, было, пару лет верёвочкой вился за Буденным, но статус и положение последнего изменились и в услугах доморощенного брадобрея он уже не нуждался. Особыми умственными или какими иными качествами Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов не отличался, но был человеком аккуратным и очень настойчивым в достижении поставленных задач, о чём хорошо знал Будённый, Ворошилов и Сталин.

Если, например, Будённый ставил перед Неждановым-Негадановым задачу найти зимой раков и сварить их на ужин, Иринарх Феогностович, узнавал, где именно раки зимуют и доставал их – чего бы это ему ни стоило.

Учитывая это и боевые заслуги своего бывшего любимчика, Будённый пристроил Иринарха Феогностовича на работу в Главное политуправление Красной Армии, где Нежданов-Негаданов проработал в заурядной должности какого-то управления до конца 20-х годов, аккуратно и без промахов выполняя порученную работу. Переход от НЭПа к централизованному обобществлённому способу управления потребовал новых управленцев, в том числе и в партийных органах гражданской власти. Руководить колхозами и совхозами по призыву партии пошли передовые рабочие, со всеми вытекающими из этого последствиями (когда человек, не знающий технологии сельского хозяйства, управляет им), а вместо непонятливых партийных секретарей региональной власти, которые либо не понимали сути проводимой политики, либо ей противились, надвигалась новая волна хороших исполнителей типа Нежданова-Негаданова.

В начале 30-х годов Иринарх Феогностович был назначен первым секретарём Той-Тепинского райкома партии. Затем был переведён на должность первого секретаря Вышнее-Волочковского горкома партии. Теперь, после убийства Железина Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов по личному указанию Сталина был переведён на должность первого секретаря Глуповского обкома ВКП (б).

В первую очередь, после суеты, связанной с увековечиванием памяти Железина, он встретился с Чекистовым. Без всяких предисловий и словесных вихляний, которые обычно бывают, когда встречаются два неизвестных друг другу человека, Нежданов-Негаданов же заявил:

- Товарищ Сталин открыл закон, в соответствии с которым чем ближе Советский Союз подходит к коммунизму, тем ожесточеннее классовая борьба в нашем обществе. Я творчески развил этот закон. Дело в том, что когда я был первым секретарём районного комитета партии, оказалось, что 1/6 всех жителей района – враги народа. Мы с районными чекистами этих врагов выявили, и все они понесли суровое наказание. Когда я после этого стал первым секретарём горкома партии, я понял, что врагов среди жителей города ровно 1/5 часть – по закону товарища Сталина об увеличивающемся уровне классовой борьбы. И точно - мы с органами НКВД всех этих врагов выявили и сурово наказали. Теперь я – первый секретарь обкома партии, следовательно, по закону арифметической прогрессии, которую мне в Гражданскую войну объяснил один бывший студент, я должен выявить уже ¼ часть жителей Глуповской области, которые являются врагами народа. Этот закон, который можно назвать законом Сталина - арифметической прогрессии, говорит о том, что когда я стану первым секретарём ЦК компартии Республики, то выявлю 1/3 жителей республики, которые будут её врагами. А после того, как товарищ Сталин позовёт меня к себе в помощники в ЦК ВКП (б), мы вместе с ним выявим ½ тех жителей Советского Союза, которые окажутся врагами народа. Уничтожив их, мы, наконец, придём к коммунизму. Об этом я написал статью в журнал «Коммунист» и её скоро опубликуют. Итак, наша задача сегодняшнего дня в соответствии с законом Сталина - арифметической прогрессии – выявить и уничтожить как бешенных собак ¼ от общего числа жителей Сталинупова и Глуповской области. Для этого я предлагаю взять список жителей Глуповской области и Сталинупова в алфавитном порядке и каждого четвёртого назначить врагом народа. Приступайте.

Чекистов был ошарашен, и, переборов первый шок, возразил:

- Товарищ Нежданов-Негаданов, мы с товарищем Железиным хорошо почистили и город, и область от врагов. Думаю, что процентов пять от общего числа жителей региона ещё могут оказаться в числе врагов, но, ни как не двадцать пять процентов!

- То-то после вашей чистки Железина убили! Вы что, не верите в закон Сталина – арифметической прогрессии?

- Простите, Иринарх Феогностович, но о таком законе я не слышал, да и в инструктивных материалах, которые есть в распоряжении НКВД, такого закона нет. А потом, если даже взять и арестовать каждого четвёртого по алфавиту, то какое обвинение мы им предъявим – место в списке?

- Хорошо! Не будем арестовывать по списку. Пойдём другим путём, как говаривал Владимир Ильич. Давайте рассуждать иначе. Враги – это люди, которые не согласны с нами. Верно? Верно! Далее – кто не согласен с мнением партии? Тот, кто может рассуждать и делать выводы. Верно? Верно! Теперь – кто может рассуждать и делать выводы? Тот, кто много знает! Верно? Верно! А кто много знает? Тот, кто умеет читать и писать! Тогда выявите всех, кто умеет читать и писать – вот вам и враги народа!

- Товарищ Нежданов-Негаданов, но ведь товарищ Сталин ставит перед нами задачу преодолеть безграмотность! Мы для решения этой задачи организовали всеобуч по Сталинупову и Глуповской области. И если десять лет назад у нас в области в целом было не больше десяти процентов грамотного населения, то сегодня уже двадцать пять процентов!

- Ну, а что я говорю? Одна четверть! Как по моему закону! Так вот всех грамотеев и расстреляйте!

- А кто тогда будет сталинский всеобуч проводить? – Изумился Чекистов. – Да… и я, и вы, Иринарх Феогностович, люди грамотные… Нас что – тоже расстрелять?

- Да я вижу, вы, товарищ Чекистов ищете повод для того, чтобы не действовать в соответствии с законом Сталина – арифметической прогрессии. Ладно! Идите и подумайте над партийным заданием – четверть глуповцев обязательно должна быть врагами народа!

Чекистов ушёл, чертыхаясь про себя, и тут же в своём рабочем кабинете написал докладную вышестоящему начальству НКВД, которую отправил со спец курьером. Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов, не будь дураком, сразу же после разговора с Чекистовым схватил подмышку портфель, и бросился на вокзал, где тайком сел в первый же попавшийся товарный состав, отправлявшийся в сторону Москвы. За сутки он инкогнито в вагоне с щебнем проехал всю дорогу, прижимая к себе портфель, из которого время от времени доставал сухари и грыз их, когда чувство голода пересиливало тревогу за безбилетный проезд. Аккурат на пол дня раньше, чем в НКВД пришёл рапорт Чекистова, Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов находился в кабинете Буденного и рассказывал тому о саботаже борьбы с врагами со стороны глуповских чекистов. Будённый, нахмурившись, покачал головой и сказал:

- Надо бы с товарищем Сталиным поговорить.

Разговор состоялся. Нежданов-Негаданов представил дело так, что Чекистов саботирует задание партии на выявление врагов народа, и, возможно, это связано с тем, что он сам не совсем чист перед партией и народом. Позвали Ежова и он, с полуслова вникнув в суть вопроса, воскликнул:

- Ох уж мне эти Ягодные кадры! Этот Ягода, зараза, так развратил наш аппарат! Разрешите мне, товарищ Сталин, лично заняться Глуповским ЧК?

- Действуйте! – Последовал короткий ответ.

В этот же вечер Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов и народный комиссар внутренних дел СССР Николай Иванович Ежов спецсамолётом вместе с бригадой следователей из особого отдела НКВД вылетели в Сталинупов.

В Сталинупе в это время царила паника – все искали первого секретаря обкома, а найти не могли. Чекистов боялся звонить в Москву – после убийства Железина исчезновение Нежданова-Негаданова было аналогично последнему гвоздю в крышку его личного гроба. Обкомовские сотрудники крепились и еле сдерживали слёзы. Простые сталинуповцы об исчезновении первого секретаря ничего не ждали. В такой ситуации как снег на голову на аэродром Сталинупова приземлился спецсамолёт с Ежовым. Узнав о посадке самолёта, в аэропорт стремглав бросился на служебном автомобиле Чекистов, и, не успев даже застегнуть на все пуговицы служебный китель, предстал перед выходящим из самолёта Ежовым. Когда Ежов оказался на третьей ступеньке, его лицо оказалась на уровне лица Чекистова (Ежов был очень маленького роста). Злобно сузив глазки, Ежов со всего размаха ударил Чекистова кулаком в лицо. Удар был слабенький, замах был широкий, Чекистов мог десять раз увернуться от удара, а на удар и бровью не повести, но вникнув в значимость жеста, свалился якобы без сознания у трапа, надеясь на снисхождение Довольный Ежов, потирая кулак, бросил через плечо московским следователям:

- Поднимите это и заберите с собой!

Началась чистка НКВД по Глуповской области. Была арестована четверть всех сотрудников аппарата во главе с Чекистовым и Кечистовым. Все оказались глубоко законспирированными врагами народа, троцкистами, о чём они с радостью признавались на открытом судебном заседании. Но в отличие от предыдущих процессов, на этом была вскрыта одна очень любопытная деталь, касающаяся экономической составляющей глуповской жизни, которая с таким трудом через холод и голод складывалась с грехом пополам.

В частности, известно, что каждая губерния (в последствии - область), край и республика имели свои представительства в Москве. Имела такое представительство в Москве и Глуповская область. В этом представительстве останавливались все первые лица Глупова, когда бывали в Москве в командировке – Зойка Три Стакана, Железин, Рябинин, Закусарин… Само собой, останавливались там во время поездок в Москву и Чекистов с Кечистовым. Содержание и обслуживание этого представительства, которое располагалось в маленьком аккуратном особняке на Варварке, велось за счёт Глуповского областного бюджета, а руководил работой представительства Кечистов. Взялся он за это дело, потому что после успешного бизнеса во времена НЭПа у него «руки чесались» на какое-нибудь хоть самое малое предприятие. Представительство и дало ему такую возможность. Жизнь в нём была близка к роскошной – изысканные вина и яства, великолепная посуда, подобранная со вкусом мебель и т.п. Всё это было организовано за счёт бюджета и не без корыстного участия самого Кечистова, который «отщипывал» в свой карман немалые денежки от этого предприятия.

Вот несколько строк из обвинительного заключения, которое было зачитано на процессе государственным обвинителем в этой части:
«Обвиняемая контрреволюционная троцкистская группа во главе с Чекистовым путем сколачивания «артели», «семейки» близких людей, гонения и беспощадной расправы с иначе мыслящими людьми в аппарате НКВД, не обжигая друг друга, не вынося сора из избы и восхваляя тошнотворно друг друга и лживо - партийное руководство области, проводила одновременно националистическую, шовинистическую политику, всячески старалась отгородить себя от ЦК ВКП(б).

Эта политика обособленности, отгораживания проводилась здесь по всем вопросам социалистического строительства. Безусловно, товарищи судьи, если бы не подлое хозяйничанье этих врагов народа, если бы не их контрреволюционная вредительская деятельность, Глуповская область на сегодняшний день имела бы гораздо больше достижений во всех областях социалистического строительства. Негодяи все же сумели нанести громадный вред народному хозяйству Глупова, за что они должны сурово ответить перед трудящимися. И я уверен, что пролетарский суд воздаст им по заслугам.

Особенную активность, как это видно из материалов следствия, контрреволюционная группа начинает проявлять в годы развернутого социалистического наступления. Особенно страстно эта контрреволюционная группа и ее руководитель Чекистов реагировали на ликвидацию капиталистических элементов в деревне. Обвиняемый Кечистов показывал на предварительном следствии, что их «вождь» Чекистов не замечал в деревне кулака. Это не верно. Не потому здесь велась кулацкая политика, что не замечали кулака. Наоборот, чекистовская банда хорошо видела кулака в деревне, именно в интересах этого кулака здесь проводили правую контрреволюционную политику. Прекрасно и отчетливо Чекистов и его шайка видели и понимали интересы кулака, также как и кулак хорошо знал и чувствовал крупную поддержку со стороны этой шайки и ее руководителя Чекистова. Возьмем, к примеру, так называемые «Вихляевские события», которые были не чем иным, как восстанием кулаков против колхозного строительства, против Советской власти.

А что выяснилось теперь? Выяснилось, что сам бывший председатель НКВД Глуповской области, лицо, облеченное доверием со стороны Советской власти и партии, этот человек при соучастии людей, сидящих здесь на скамье подсудимых, и кулаков организовал это кулацкое выступление. Какую цель троцкистские агенты преследовали в «Вихляевских событиях»? Они пытались остановить социалистическое строительство в деревне и направить глуповскую деревню по капиталистическому пути. Вместо счастливой, радостной, зажиточной — колхозной, жизни эти господа хотели загнать трудовое крестьянство Глуповской области обратно в кабалу, кабалу бывших князей, дворян. Вот куда вели свободный глуповский народ эти троцкистские последыши!

Не удалось этой жалкой попыткой остановить гигантский локомотив истории. Трудовое крестьянство Глуповской области пошло уверенно и неуклонно по пути, намеченному вождем партии товарищем Сталиным.
Эти мерзавцы, двурушники, враги народа, становятся в Сталинупове для Чекистова и его шайки самыми дорогими, желанными гостями. В их распоряжении, к их услугам бесплатные дома отдыха, машины и т. д. Одно «кечистовское предприятие», организованное и предоставленное Кечистовым и его бандой в распоряжение врагов народа, контрреволюционеров троцкистов, не маленьких денег стоило трудящимся Сталинупова и всей Глуповской области.

На примере Кечистова, этого авантюриста и проходимца, можно судить относительно нравственной и политической чистоплотности троцкистских кадров. Всем известно, в каком почете был здесь этот мерзавец, как его здесь возвысили, давали подарки. Можно с уверенностью теперь сказать, что не только сам Кечистов являлся связью между троцкистской контрреволюционной организацией в Сталинупове и московским параллельным центром, но и его «предприятие» в Москве было материальной базой для контрреволюционной деятельности троцкистов. Ведь не случайно все счета и отчетности этого предприятия каким-то странным, таинственным образом исчезли в пути из Ленинграда и Москвы в Сталинупов.

Таким образом, кадры, материальная база — все это было подготовлено, и контрреволюционная троцкистская организация в Глупове, возглавляемая Чекистовым, приступает к реализации директив, полученных от руководителя троцкистского параллельного центра, злейшего врага народа Пятакова.

В числе многих директив была дана Пятаковым директива об организации троцкистских актов против вождя народа. Террор — это основное и главное средство борьбы против партии и Советской власти, послужившее базой для объединения троцкистско-зиновьевских контрреволюционных групп.

Предательский выстрел в одного из лучших сынов нашей родины Железина был одним из мероприятий троцкистско-зиновьевской банды, рассчитанных на реставрацию капитализма в СССР.

Обер-бандит Чекистов, за грязной душой которого числится не одна невинная жертва, заклятый враг трудящихся - предатель расставлял в засадах террористов, предварительно вооружив их собственным оружием. Изменники, предатели и подонки, вкравшиеся в органы Глуповского НКВД, шныряли по местам возможного пребывания Железина, чтобы дать предательский выстрел.

Вы представляете себе это, товарищи судьи? Они, эти подонки, предатели мерзопакостные люди, лишили народы нашей родины, мировой пролетариат Железина - верного соратника вождя и учителя товарища Сталина!

Чем больше росли колхозы, чем больше они укреплялись хозяйственно и политически, чем радостнее и зажиточнее становилась жизнь колхозников, тем больше росла ненависть и злоба со стороны членов контрреволюционной троцкистской организации в Глуповской области к колхозам. Победа колхозного строя на основе сталинского устава сельхозартели не могла не задеть «за живое» контрреволюционные троцкистские организации.

Дезорганизация колхозов, развал их путем вредительства, самой злостной агитации и провокации, путем извращения сталинского устава сельскохозяйственной артели, вредительское составление производственных планов путем занижения их для индивидуальных хозяйств и чрезмерное повышение для колхозов, искусственное создание недовольства трудящихся политикой партии и советской власти, попустительство и прямая поддержка антисоветских элементов, саботаж организационно-хозяйственного и политического укрепления колхозов, создание привилегированных условий для индивидуальных, кулацко-зажиточных хозяйств — вот методы вредительства контрреволюционной троцкистской организации в области сельского хозяйства.
Один из авторов вредительских планов, обвиняемый Кутыкин, работавший в облсовете, признал, что в целях развала колхозов по наущению Чекистова в лыкосборочных районах он спускал вредительские планы по лыку, умышленно увеличивая задания по колхозному сектору за счет снижения их единоличным хозяйствам. В результате такого «планирования» индивидуальные хозяйства, выполнив план по контракции, получали премии-надбавки, тогда как колхозы, ввиду перегруженности, не выполнив плана, не только лишались этой премии-надбавки, но значительная часть их оставалась в долгу у государства за полученный аванс.

Так, например, десять колхозов Загрязнушинского района в 1936 году недодали государству лыка на сумму 156.178 рублей. Два Вихляевских колхоза получили премии-надбавки всего в сумме 6.502 руб. 92 коп., тогда как по этому же сельсовету 22 единоличным хозяйствам были выданы надбавки — в сумме 23.775 руб. 92 коп.

Все эти деньги расхищались, затрачивались на содержание незаконного представительства в Москве, которое возглавлял враг народа, троцкист Кечистов. Настоящий процесс проливает свет на то - для какой цели было организовано это представительство в Москве, почему во главе этого учреждения был посажен авантюрист Кечистов, куда шли совхозные деньги, перекачиваемые в это представительство, и, наконец, почему этот мерзавец пользовался таким почетом и любовью со стороны сидящих здесь обвиняемых, в частности, со стороны Чекистова, а также руководителей московского контрреволюционного троцкистского центра во главе Пятакова.

Вредительская работа контрреволюционной троцкистской организации в Сталинупове не ограничивалась сельским хозяйством. Немало навредили троцкистские реставраторы капитализма и в промышленности. Всем известен знаменитый «Холмский аледонитовый комбинат», в который ухлопано 12 миллионов рублей, а он так и не заработал в полную мощность; на строительстве Грязнушгэса орудовал вредитель, троцкист шурин Чекистова - Бобкин. ГЭС даёт по признанию самого Бобкина, в сеть переменный ток, хотя путь к коммунизму, как известно, лежит через постоянный ток! Вот краткий перечень результатов вредительской деятельности троцкистской банды.

Чекистов является убийцей и конокрадом, прожженным плутом и пройдохой, алкоголиком и казнокрадом. И этот фашистский выродок сорганизовал себе под масть шайку убийц и предателей.
Чтобы побольше взять у государства средств, чтобы сорвать добычу аледонита, эти предатели хищнически осуществляли строительство рудника. Такие крупнейшие сооружения, как шахта, ТЭС, мойка и др., строились вредительски, без всяких смет и технических проектов. Чтобы не дать стране высококачественного аледонита, они умышленно затягивали строительство аледонитомойки.

«Почему мы до сих пор не вышли по производству пеньки и лыка на уровень 1913 года?» - Спрашивали непрерывно Зоя Абдукадыровна Розенбам и Алик Железин, и не получали внятного ответа. А оказалось, что группа троцкистов-предателей, гнусных собаководов и конокрадов во главе с Чекистовым умышленно уничтожала ценнейшие кадры лыковязов и пенькодралов, инспирируя им обвинения в преступлениях, которые они не совершали.

От лица всех советских тружеников требую всех этих бешенных шакалов волчьей стаи гиен придать расстрелу, как единственной мере справедливого наказания за те гнусные мерзости пакости, которые они натворили!

Слава товарищу Ежову, разоблачителю шайки убийц! Слава товарищу Сталину, вдохновителю наших побед!»

Естественно, всех обвиняемых приговорили к расстрелу и расстреляли.
В газетах Сталинупова и районных газетах области во время процесса помещались телеграммы и резолюции, которые принимали самые разные трудовые коллективы промышленных предприятий, организаций и учреждений. Вот типичное – от рабочих горного комбината с Холмского месторождения аледонита:

«Трудно словами передать то отвращение, которое вызывают сидящие на скамье подсудимых проклятые изменники родины. Мы, горняки Холмского рудника, требуем от пролетарского суда высшей меры наказания этой гнусной банде убийц, диверсантов, шпионов — расстрела! Пусть знают все наши враги, что нет такой силы в мире, которая смогла бы остановить наше победоносное движение вперед.

Мы берем на себя обязательство по-большевистски ликвидировать последствия вредительства на нашем предприятии, множить ряды стахановцев, дать стране больше аледонита. Призываем братьев лыковязальшиков и пенькодралов ударным трудом догнать и перегнать уровень производства 1913 года!»

В последние годы стало известно, что московские сыщики во время следствия упорно пытали Кечистова, стремясь узнать у него, где тот спрятал драгоценности, которые нажил во времена НЭПа. Было известно по слухам, что он закопал драгоценности в землю, но где именно – никто не знал. Кечистова пытали очень жестоко, на его глазах истязали членов его семьи, но он так ничего и не сказал следствию.

Предполагается, что ключ к разгадке тайны клада Кечистова лежит в тексте, который был найден сыщиками в ведре для бумаг у письменного стола в квартире Кечистова. Вот оно:

«Борис, знай, что я,
Если б мог, нашёл бы дуб.
Рос тот дуб, мол,
Ёль качая. Охо-хо,
Злой вид из окон,
А что мне в нём, коль умер я?»

На первый взгляд это была проба нового пера, которую Кечистов производил как раз за несколько минут до внезапного ареста, но сыщики так не считали – иначе, зачем было писать буквы? Можно было бы крючки выводить! Но Кечистов допросов с пристрастием не выдержал и умер во время одного из них. Следователи, руководствуясь этим Завещанием, как они его назвали, выкопали все дубы в Сталинупове и вокруг них – ведь в тексте первым фигурировал дуб! Клада не было. Затем, обратив внимание на то, что в Завещании есть упоминание о ели, начали копать вокруг каждой ели, растущей в Сталинупове. Ничего не найдя, бросили поиски.

В настоящее время, время независимости, поиски клада возобновились в небывалой силой. Современные исследователи обратили внимание на наличие акростиха в этом Завещании – первые буквы его определённо намекают на то, что клад находится под деревом БЕРЁЗА. Десятки искателей клада и поныне бродят по городам, рабочим посёлкам, деревням, лесам и полянам Головотяпии с миноискателями, прослушивая землю под берёзами в надежде обрести клад золотых монет и серебра. Я также, изучая текст, обратил внимание на то, что помимо акростиха это Завещание содержит ещё и телестих – когда зашифрованный текст определяется по последним буквам. Тут явно читается другое дерево – ЯБЛОНЯ. Но поскольку сам не могу обследовать все яблони Головотяпии, спешу хотя бы войти в историю как первооткрыватель тайны, если вдруг под яблоней окажется клад Кечистова.

Иринарх Феогностович Нежданов-Негаданов, показав всем – «кто в доме хозяин», принялся единолично править Глуповской областью и Сталинуповым, чётко следуя развитому им закону Сталина – арифметической прогрессии.


21. Из дневников Сталинуповцев

К началу удивительных и невероятных материалов "Дальнейшей истории одного города".

Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (отсюда).